nekudza: (Default)
Осмелюсь добавить только, что Ода Нобунага был знаменитым воякой и тираном жестокости беспредельной, уродлив, как мартышка, и не терпел лжи. Всех, кто поступал не в соответствии, он рубил в капусту на месте сам или отдавал на шинкование некоему Тоетоми Хидэеси, который тоже хорошо понимал в этом деле. "Правда ли, говорят, что я похож на обезьяну?" - спросил однажды Ода Нобунага своего приближенного, до которого давно добирался. Блюдолиз помертвел и опачкался, и Ода Нобунага уже взялся за рукоятку меча, но тут обреченный блюдолиз, движимый отчаянием, нашелся. "Да что вы, ваше превосходительство! - вскричал он. - Как можно! Наоборот, это обезьяна имеет несравненную честь походить на вас!" Что и привело свирепого диктатора в самое превосходное состояние духа.


Еcли сравнивать портреты, то Ода нобунага на фоне упомянутого выше Тоётоме Хидеёси и Токугава Иеэсу, первого сёгуна сёгуната Токугава, натурально красавец.

Хиёси, сын Киноситы Яэмона, пехотинца в армии даймё Ода Нобухидэ, с детства был мал ростом, смугл и крайне некрасив. В детстве его звали кодзару (маленькая обезьянка), друзья звали его сару-сан (господин обезьяна), враги - сару-мадзуй (безобразная обезьяна), а позднее сару-кан (коронованная обезьяна). Женившись, Хиёси принял имя Хидэёси, а впоследствии был пожалован императором знатной фамилией Тоётоми. Так что анекдот, пересказаный Панургом, если и имел место, то не при Нобунаге, а при его преемнике.
nekudza: (Default)
Миямото Мусаси (он же Кэнсай, он же Симмэн Такэдзо, он же Миямото Бэнносукэ, он же Симмэн Мусаси-но-Ками Фудзивара-но-Гэнсин, он же Нитэн Дораку) - один из самых известых фехтовальщиков средневековой Японии, автор трактата "Пять колец" (о нравственной подготовке буси и о развитии стратегического мышления), наиболее известен как разработчик теории боя одновременно двумя клинками - дайто и сёто.

Утверждают, Миямото Мусаси говаривал:
- Важен не размер, а сила духа.
nekudza: (Default)
История сорока семи ронинов рассказывает о том, как сорок семь ронинов отомстили некоему Кире Кодзуке-но-Сукэ, чиновнику при дворе сёгуна Токугавы Цунаёси, за смерть своего господина, даймё Асано Такуми-но-Ками Наганори из Ако.

Вкратце история такова. В 1701 году в дворце сёгуна Цунаёси, Асано бросился с мечом на господина Кодзуке, преследовал его и успел несколько раз задеть ударами меча, пока его самого не схватили и обезоружили. За нападение на чиновника он был приговорен к совершению самоубийства.

Сорок семь воинов клана Асано во главе с советником Асано Оиси Кураносукэ, дали клятву отомстить, несмотря на то, что их за это ждал смертный приговор. Они стали ронинами, разошлись и вели такой образ жизни, что подозрения в том, что они собираются мстить, рассеялись. Через полтора года сорок семь ронинов собрались в Эдо, взяли штурмом столичную усадьбу господина Киры и убили его (как и еще две дюжины его домочадцев).

Приняв во внимание симпатии населения к сорока семи ронинам, действовавших вопреки приказу сёгуна, но в согласно бусидо, сёгун разрешил им покончить жизнь самоубийством на могиле господина Асано. Таким образом, они умерли, как подобает самураям, а не были казнены, а честь семьи Асано из Ако была восстановлена. Подробнее в википедии.

Следует добавить еще пару слов. Во-первых, господин Кира Кодзуке-но-Сукэ был той еще сукэ. На своей должности церемонимейстера двора он активно практиковал взяточничество, распил и откат. Будучи знатоком этикета, он подставил господина Асано ак, что господин Асано то ли потерял лицо, то ли сильно рисковал его потерять. Во-вторых, согласно нормам того времени ко всем учасникам ссоры применялось одинаковое наказание, так что действия сёгуна, который господина Асано приговорил к смерти, а господина Киру приказал наградить за то, что тот не нарушил приказ сёгуна (не обнажать оружия во дворце) даже под угрозой смерти, не приветствовались.

Что интересно, несмотря на то, что среди широких масс как самураев, так и народа сорок семь ронинов подверглись героизации и рассмотрению их мести как яркого примера истинного самурайского духа, представители воинской элиты, философы и интеллектуалы почти единодушно их осуждают.

Преобладают два мнения. Во-первых, за полтора года господин Кира Кодзуке-но-Сукэ вполне мог умереть своей смертью, и тогда все сорок семь ронинов со своими далекоидущими планами мести потеряли лицо.

Во-вторых, коль господин Кира не стал защищаться с оружием в руках или хотя бы не дал себя зарубить (выполняя приказания сёгуна), а вместо этого бросился наутёк и был ранен в спину, он полностью потерял лицо и стал слишком жалок для того, чтоб ему вообще мстить.

Отдельно стоит вспомнить генерала Ноги, который, прочитав историю про господина Асано и господина Киру, воскликнул "ВДОЛЬ!" "Надо было колоть, а не рубить!"
nekudza: (Default)
В апреле 2011 на должность исполнительного директора и президента компании Олимпус был назначен некий Майкл Вудфорд (пишут, что проработал в компании 30 лет и успешно сократил издержки европейского подразделения) - он стал одним из немногих высших руководителей японских компаний, не являясь японцем (видимо, назначение Вудфорда было сделано под давлением иностранных инвесторов, полагавших, что компании срочно необходима реорганизация - я с ними согласен).

В октябре совет директоров единогласно уволил Вудфорда с должности президента и главы компании (рынок мгновенно отреагировал падением акций компании на 17%), председатель правления Цуёси Кикукава (назначенный на место Вудфорда), сказал по этому случаю: «Мы надеялись, что он сможет делать то, что было бы сложно для японских руководителей, но он не смог понять, что нам нужно сохранить преемственность в стиле управления, которого мы придерживались в течение 92 лет после учреждения компании, также он (вот щас будет мякотка) не был готов понять японскую культуру».

Сам Вудфорд заявил, что пытался добиться проведения независимого аудита судьбы последних трат комапнии (полтора миллиарда долларов).
В настоящий момент руководство признало, что с 90-х годов от акционеров систематически скрывали потери от сомнительных операций с ценными бумагами (они выдавались за средства, потраченные на покупку новых активов и вложенные в разработки), покупку активов и фирм по заведомо завышенным ценам (с выплатой неоправданных комиссионных и гонораров за консультации - короче, распил-откат), господина Цуёси выгнали на мороз, сейчас ему грозит уголовное дело (10 лет тюрьмы и штраф до 10 млн иен), как и уволенному в результате скандала вице-президенту Хисаши Мори и другим высшим функционерам. Акции упали еще на 29%.

Собственно говоря, к чему все написано - как-то не господин Цуёси, ни господин Хисаши, ни другие пекущиеся о понимании японского расового духа господа ни сделали хотя бы малюсенького харакири. Не торт уже японский дух, не торт :(
nekudza: (Default)
Из Араи Хакусэки "Оритаки сиба но ки" ("Собирание и сжигание хвороста"):
"Когда я был молод, кто-то услышал, как один человек, похваляясь своим мечом, говорил, что он рубит великолепно, сказал: "О Небо, вы ведете себя так грубо, как будто рядом с вами никого нет. Неужели вы думаете, что кто-то будет носить меч, который рубит плохо? А ну-ка, убедитесь сами, рубит мой меч или нет!". С этими словами герой рассказа выхватил меч и бросился на хвастуна.

Оттуда же история про то, что некий даймё похвалил одного из своих самураев за то, что тот в некой ситуации поступил достойно. Самурай счел, что потерял лицо, так как слова даймё означают публичное свидетельство того, что от него ожидали недостойного поведения, и совершил самоубийство.

(На мой взгляд, лицо в данной ситуации потерял как раз даймё, хотя результат в любом случае одинаков. Кстати, Цунэтомо в "Хагакурэ", наоборот, пишет о том, что самурая недлежит хвалить за каждое выполненное поручение, чтоб придать ему большее рвение. Видимо, речь идет все же о разных ситуациях.)

Как обычно завершает свои тезисы Цунэтомо, над всем этим надлежит подумать.
nekudza: (Default)
У Карена Налбандяна в "Исторических байках" приведена история про Минамото-но Ёримаса, известного лучника:

4. Две стрелы, или из истории Минамото

Императора японского Коноэ мучает кошмар.
Описать кошмар император не может - "То ли тигр, то ли бык, то ли тур". В общем, чуда-юда, простому глазу невидимая.
Император спать не может, государственные дела в упадок приходят.
В конце концов созывают придворных, начинается мозговой штурм - как помочь?
И решают, что нужно вызвать чудо-богатыря, чтобы он чуду-юду завалил. Идея хорошая, а вот где этого чуда богатыря достать?
И тут некий придворный вспоминает, что есть такой Ёримаса Минамото, работает хранителем Оружейной палаты. И что пра- пра- этого Ёримасы уже как-то такую чудищу заваливал. То есть даже не заваливал, только погудел тетивой - и чудища рассеялась.
Посылают Ёримасе повестку.
Ёримаса повестку читает и приходит в некоторое недоумение: "Бунтовщиков мочил. С ослушниками расправлялся. О чуде-юде невидимой не слышал".
Тем не менее прибывает к месту прохождения службы, имея при себе лук и две стрелы.
Посылает стрелу чисто на слух, чудище обрушивается на землю. Набегает народ с факелами - видят - голова обезьяны, тело барсука, змеиный хвост, тигриные лапы. В общем, "А слух как у собаки, а глаз, как у орла".
И дарят Ёримасе портвейна бадью меч под названием "Король Лев". Ну и спрашивают напоследок - а зачем вторая стрела?
Ну, товарищ пребывает в отличном настроении и потому вполне расположен к объяснениям:
- Ну, если бы первой стрелой промахнулся бы, то вторую точно в ту сволочь засандалил бы, что меня императору назвала.
Ибо нефиг.


По другой версии, изложенной в хронике "Тайхэики", на крышу императорского дворца Сисин прилетала птица Сиу, которую никто не видел, так как это не простая птица нуэ, которую никто не видел, так как это не простая птица, а в награду Минамото получил не меч, а алый плащ с императорского плеча.

Тогда же Микадо, зная о том, что Минамото-но Ёримаса заочно влюблён в прославленную красавицу Аямэ, решил (видимо, в благодарность за стрельбу то ли по птице, то ли по чудовищу) подшутить над ним и, выбрав из дворцовых прислужниц 11 шестнадцатилетних девушек, поместил среди них Аямэ, одел всех одинаково и посадил за тонкой занавеской. Ёримасе предложили отыскать среди них свою возлюбленную ("Сегодня в награду за вашу доблесть я подарю вам ирис из болот Асака..."), которую он, естественно, ни разу не видел. Если бы он угадал Аямэ, ему позволили бы взять ее в жены, если бы нет - ему пришлось бы жениться на девушке, которую он принял за Аямэ. Ёримаса, пылкий влюбленный, не смог разобрать, какая из красавиц является его возлюбленной. Когда придворная дама, насмехаясь над ним, сказала (в форме хокку, это же была просвященная придворная дама) в дословном переводе следующее:

"Когда поднимаются воды, даже болота Асака могут смутить вас!".

Ёримаса быстро сложил рэнга (то есть дополнил предложенно хокку до танка):

"Дожди в пятом месяце заливают прибрежные травы, нелегко отличить друг от друга ирисы и выбрать любимый".

Император проникся и отдал Аямэ в жени Ёримаса. Прикол станет понятнее, если сказать, что "аямэ" означает "ирис".

(К слову в "Тайхэики", в которой пересказывается эпизод из "Хэйкэ моногатари", написано "Ёримаса не только подтвердил свою славу великого лучника, но и показал себя великим поэтом, одним-единственным стихотворением завоевав госпожу Аямэ, которой поклонялся долгие годы". Не совсем понятно, как после этого многолетнего поклонения госпожа Аямэ продолжала оставаться шестнадцатилетней.)

Когда же Ёримаса получал (за убийство всё той же НЁХ) меч, императорский министр Фудзивара-но Ёринага, спускаясь с мечом по ступеням, услышал кукование кукушки и, как водится, сложил по этому поводу хокку:

"Кукушка зовёт над облаками".

Ёримаса, завершая рэнга, отвечает:

"И серп луны исчезает".

Суровая японская классика: кукушка, облака, луна, улитка на склоне Фудзи... Согласно авторитетному источнику, использованные в хокку слова могут значить одновременно "кукушка" и "верность", "звать" и "упрочить репутацию", "облака" и "императорский дворец", таким образом, хокку могло переводиться примерно как "Сейчас Вы, верный воин, упрочили свою славу перед лицом императорского двора".

В ответном полустишии Ёримаса использует слово "юмихаридзуки" - "луна, изогнутая, подобно луку", обозначающее как луну в первой и последней четверти и, собственно, натянутый лук. Глагол может означать и "исчезать", и "стрелять". Таким образом, ответ Ёримаса может переводиться как "я всего лишь натянул лук и выстрелил" - скромный ответ, подобающий самураю.

Стоит ли говорить, что в японской поэзии большую роль играет скрытый смысл, который невозможно передать переводом.

Profile

nekudza: (Default)
nekudza

January 2013

S M T W T F S
  12345
678 9 10 11 12
1314 151617 1819
20 21 22 2324 25 26
2728 293031  

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags